logo

Аграрные диалоги

На какое поколение — Х или Z — на агрорынке делают ставку?

На какое поколение — Х или Z — на агрорынке делают ставку?

Аграрные диалоги 26 августа 2019. 06:24 1612

Сельское хозяйство, как и другие отрасли экономики, уже пару лет находится на кадровом стыке нескольких поколений. С одной стороны, опыт и годы практики — бесспорный аргумент. С другой — гибкий ум и свежий взгляд — также преимущество. Как сбалансировать интересы, и кто эффективней сможет вывести компанию на новый инновационный уровень?

Об этом поговорили с генеральным директором агрохолдинга HarvEast Дмитрием Скорняковым и гендиректором ИМК, президентом ассоциации «Украинский клуб аграрного бизнеса» Алексом Лисситсей.

Как эффективно сбалансировать поколения Х и Z в одном коллективе, насколько это важно?

Дмитрий Скорняков: У нас это пока не очень хорошо получается. Возможно, причина в том, что топ-менеджмент агрохолдинга привык к четкости, структурированности и прозрачности в работе. А поколение Z в большинстве своем так не работает, они требуют индивидуального подхода, больше ценят социальные вещи. Думаю, со временем мы обязательно подружимся. Еще несколько лет возможности работать с поколением Х у нас есть в запасе.

Алекс Лисситса: Мы достаточно много работаем с молодыми кадрами. Каждый год больше 60 человек в возрасте 20-22 года идут к нам на практику, некоторые из них остаются на постоянную работу. Согласен, что комбинировать поколения достаточно сложно, особенно в регионах. И если в центральном офисе комбинация хорошая, то в селах поколение Z не задерживается, отрабатывая сезон, стремятся вернуться в город.

Я много уделяю внимания молодым людям, трачу на это массу личного времени. Это моя инициатива, я стараюсь с ними коммуницировать в соцсетях, выходить на пробежки, завтраки и т.п. Таким образом показываю их надобность и индивидуальность. Это очень сложная процедура.

Дмитрий Скорняков: К нам тоже приходит очень много молодых, но они адаптируются не так, как другие. Хотя региональный фактор здесь играет ключевую роль. Например, в столице поколение Z более продвинутое. А вот в областях люди Z ненамного отличаются от Х, поэтому там адаптация происходит вполне нормально. Но это не совсем те Z, о котором мы говорим.

Алекс, в ИМК много молодых управленцев, нет ли у них эмоциональной непостоянности?

Алекс Лисситса: У нас много руководителей разных уровней в возрасте 22-24 года. Особых проблем нет. Они просто хотят индивидуального подхода. Кроме того, они не сильно ставят карьерные планы на первое место. Не очень заморачиваются, что будет через 10 лет, поскольку убеждены, что все будет хорошо. Их интересуют совершенно другие проблемы. Техника с каждым годом все более компьютероёмкая и современная. Соответственно, если мы хотим идти путем инноваций, то в любом случае нужно привлекать молодые кадры.

Дмитрий Скорняков: 30-летние тоже пока справляются (улыбается).

Алекс Лисситса: У этой генерации есть свои моменты, которые имеют важное значение в компании.

Это какие, уточните?

Алекс Лисситса: Это и воровство, и двойные стандарты.

На волне ли инноваций ваши сотрудники?

Дмитрий Скорняков: Поколение Х — это те, кому сейчас 30-45 лет. Они не на волне, они придумывают эти инновации. Все, кто поменял мир — это как раз представители поколения Х. Говорить, что Z ворвался и что-то изобрел, пока рано.

Алекс Лисситса: По молодым людям видно, куда мы будем идти ближайшие 10-20 лет. В Европе появилось движение Fridays for future, где школьники уходят с уроков для того, чтобы бороться против изменений климата. В Германии это имеет серьезную политическую основу. И после полугода такой школьной активности канцлер Ангела Меркель собирается пересмотреть всю экологическую доктрину, что повлияет на все отрасли экономики, в т.ч. и сельское хозяйство. Сейчас рассматривается документ о том, чтобы дополнительно повысить налоги на производство мяса, таким образом стимулировать сокращение его потребления.

Поэтому не прислушиваться и не понимать того, что хочет миллениал или Z для бизнеса — это делать неправильные ставки и инвестировать в невыгодные проекты, ведь если ты не понимаешь, что в будущем молодежь не будет потреблять мясо, то нет смысла инвестировать в животноводство. Если молодежь против влияния на климат, в т.ч. производство сои, то нужно думать о том, как сокращать ее производство. Это основные месседжи, которые мы должны от них ловить.

Дмитрий Скорняков: Согласен. Стартап Beyond Meat уже стоит миллиарды долларов, а себестоимость производства ниже, чем мяса. Хотя в ресторане бургер стоит дороже, чем мясо. Да, за этим будущее.

К любой инновации лично я отношусь очень аккуратно. Например, в компанию никогда не покупаю новую модель трактора или комбайна, потому что при выходе на рынок они переоценены и еще не доказали свою надежность. С молодежью тоже самое.

Тенденцию, конечно, важно понимать, но она же и измениться может. Как с мясом — если есть тренд к сокращению его потребления, это не значит, что нужно сворачивать производство уже сейчас. Сохранится эта тенденция 2-3 года, вот тогда действительно стоит «нырять» в эту тему, но аккуратно. Идти в авангард не считаю правильным.

Считаете ли вы, что инновации у нас — это не что иное, чем адаптация зарубежных практик?

Алекс Лисситса: Для того, чтобы были инновации внутри страны необходимы 3 составляющие:

1.Правильная инновационная и экономическая политика, которая будет стимулировать разработки.

2.Наличие образовательной и научной базы, где будут генерироваться новые идеи.

3.Реализация этих инноваций, чтоб они были имплементированы.

Дмитрий Скорняков: Деньги тоже важный аспект. Потому что все идеи Силиконовой долины, которые «взлетели», у нас бы не взлетели никогда из-за отсутствия финансирования.

Алекс Лисситса: Кроме того, есть проблемы с маркетингом. Мы не можем продать все свои идеи, не занимаемся этим, и тут даже не в деньгах дело. У нас нет этих составляющих. Образование катастрофическое, наука де-факто не работает, государство не стимулирует инновационность. Агросектор аккумулирует лучшее за границей вместо того, чтобы смотреть на украинское, потому что наши не могут свою идею продать. Вся ситуация показывает, что нам проще брать идеи откуда-то извне, нежели использовать собственные.

Дмитрий Скорняков: Не вижу в этом ничего страшного. Если бы мы жили в США и имели угрозу со стороны Китая, вот тогда было бы необходимо думать, как расти за счет супер инноваций. Но мы живем в Украине, которая с точки зрения инноваций даже не в топ-3 в Европе. Сейчас у нас такой этап, когда важно просто скопировать и внедрить все те инновации, которые уже есть на рынке. Хотя не могу не отметить, что по многим направлениям мы передовые, например, в банковской системе. Некоторые наши банки намного лучше европейских по качеству, уровню сервиса и другим критериям.

Массовые разработки можно внедрять либо благодаря государству, либо богатым меценатам. Это должно быть собрание инновационных компаний и идей в одном месте, как сделали в Unit city — наша мини Силиконовая долина.

Алекс Лисситса: В Украине настолько негативно настроено общество, что это отражается и на бизнесе. Если у одного человека возникает идея, он начинает рассказывать это друзьям и партнерам, и 95% из них скажут, что идея плохая. В США сказали бы — иди и делай, круто. Неодобрение новшеств и инновационных подходов в обществе блокирует развитие технологий.

Дмитрий Скорняков: У нас люди всегда жалуются, что плохие дороги, высокие налоги, нет рынка земли. Как только приходит тот, кто хоть немного хочет что-то изменить, народ сразу становится против. Чаще всего настрой такой — надо поменять все, при этом не меняя ничего.

Литовцы тоже всегда жаловались: при Союзе было плохо, при ЕС плохо, при этом за 20 лет они превратились в полноценную европейскую страну.

Алекс Лисситса: Потому что у них была цель — построить либеральную рыночную экономику с движением в ЕС. Они это четко определили, взяли законодательство Евросоюза и просто скопировали. На самом деле, все просто и понятно.

Мы же хотим вступить в Евросоюз, при этом ничего особо не меняя. То есть, мы хотим, чтобы качество продуктов питания было как в ЕС, но уже 8 лет подряд забой животных в подворьях мы не можем запретить, потому что это национальная традиция.

Барселона до 90-х годов была обычной рыбацкой деревушкой. Волей судьбы оказалось, что один из бывших глав олимпийского комитета Хуан Антонио Самаранч был родом оттуда. Он протянул в Барселону Олимпийские игры. За это время местные жители быстро привели город в порядок. В итоге, Барселона сейчас входит в топ-5 самых посещаемых городов Европы. Они воспользовались шансом. У нас каждый шанс проходит мимо.

На что стоит обращать внимание молодым людям, чтобы быть востребованным на рынке труда? Если образование у нас не очень, то, может, самообразование?

Дмитрий Скорняков: Я бы сократил количество институтов в 3 раза, практически отменил бы все бесплатное образование. Оставил на бюджете только несколько действительно талантливых студентов. Это уже достаточно дееспособный возраст, пусть самостоятельно зарабатывают.

Ужесточить конкурс на бюджет?

Дмитрий Скорняков: Обучение за бюджетные деньги может быть доступным, например, победителям олимпиад, то есть самым умным и талантливым. Считаю, что бюджетных мест должно быть 2-3 на курсе.

Почему происходит девальвация украинского образования? Потому что вузов много, но можно по пальцам пересчитать университеты, которые чего-то стоят. Их должно быть меньше и они должны быть качественнее.

Про самообразование — есть система образования, а есть люди вне системы. Им особых рекомендаций давать не нужно. Есть много людей без высшего образования, которые заработали миллиарды, при этом они нашли, как выучится.

Основное — это прозрачность мышления. Если что-то произошло не так, надо подумать, почему ты попал в такую ситуацию, то есть проанализировать, что сделал не так. Если не признаешься себе, то не сделаешь выводы. Не сделаешь выводы — в следующий раз совершишь такую же ошибку. Плохой результат — это купленный опыт.

Алекс Лисситса: В Украине беда с техническими специальностями. Вопрос в том, готовы ли люди работать в сельской местности. Если специалист хочет работать в сельском хозяйстве, при этом постоянно находится в Киеве, то нам не по пути. Идешь в агро, будь готов ехать в село и там работать. В ближайшее время в сельской местности зарплаты будут выше, чем в городах, потому что специалистов мало, а потребность в них растет. Кроме того, специалисты должны быть мультизадачными, узкая специализация уже не будет работать.

Мой совет — действительно заниматься самообразованием, но в том аспекте, что агросектор широкий и нужно знать очень много вещей.

Спасибо за интересный разговор и уделенное время.


Для справки: 18 сентября в TERMINAL Z во время Х Международной конференции «Эффективное управление агрокомпаниями» Алекс Лисситса, Дмитрий Скорняков и Дмитрий Огнев будут по одну сторону в «Agri Generation Battle: X vs Z». По другую сторону защищать свои убеждения будут студенты аграрных вузов: Михаил Сербин, Виолетта Индика и Дария Ефанова. А за кого отдадите свой голос Вы? Спешите зарегистрироваться на аграрное событие года? Регистрация по ссылке.


Алла Стрижеус, AgroPortal.ua


Ключевые новости аграрного рынка в Telegram

Новости

Показать все

Блоги