logo

Интервью

Владимир Юдин: Только в Украине в агростраховании не участвует государство Источник фото: из личного архива Владимира Юдина

Владимир Юдин: Только в Украине в агростраховании не участвует государство

Интервью 29 апреля 2016. 08:00 1606

Страхование сельскохозяйственных рисков в Украине остается актуальной темой, ведь оно необходимо для аграриев. Оживление на рынке ощущалось в середине двухтысячных, когда в стране действовала госпрограмма поддержки.

О том, что мешает рынку агрострахования развиваться и какое у него будущее, AgroPortal.ua беседовал с генеральным директором компании AgroRisk Владимиром Юдиным.

Расскажите, как давно Вы на рынке агрострахования?

Владимир Юдин: В 2000 г. я пришел работать брокером в международную брокерскую компанию «Марш энд МакЛеннан». На моем счету второй в Украине договор страхования сельхозрисков по условиям, согласованным с перестраховщиками. Это был Kraft Foods. Они финансировали выращивание картофеля для фабрики по производству чипсов. С тех пор все закрутилось. Одной ногой я был в страховании, другой — в сельском хозяйстве.

А как появился AgroRisk?

Владимир Юдин: Компанию основал Эрих Кастен, ведущий мировой специалист в сфере перестрахования сельхозрисков. В 2003-2004 гг., — это был наш первый год работы, — на фоне подъема рынка мы заключили с ним пари. Он говорил, что мы наберем $1 млн премии, я утверждал обратное. В итоге, мы набрали $5 тыс. премий.

Как Вы позиционируете компанию?

Владимир Юдин: Как компанию-консультанта по вопросам страхования и перестрахования. Консультации предоставляем на бесплатной основе. Так же выполняем функцию брокера. Мы сопровождаем договора страхования сельхозрисков, оказываем услуги по оценке и сопровождению выращивания урожая сельскохозяйственных культур, которые находятся в залоге банков, инвестфондов и т.п. Разного рода организации, которые так или иначе финансируют производство, заинтересованы, чтобы кто-то время от времени поглядывал на источник их доходов.

Недавно был озвучен тезис, что страхование урожая на полный цикл выращивания в Украине практически отсутствует. Почему так происходит?

Владимир Юдин: Не соглашусь. В Украине присутствует страхование полного цикла. Те же «АСКА» и «ИНГО», начиная с прошлого года, застраховали урожай озимой пшеницы «Аграрного фонда» до уборки, в общей сложности до 100 договоров.

Тем ни менее, агрострахование в Украине не популярно в целом. Как это исправить?

Владимир Юдин: Страхуют действительно мало. Страхование рисков сельхозпроизводства — недешевое удовольствие. По стоимости сравнимо с моторным КАСКО. Его средний тариф — 5%. Средний тариф агрострахования на лето в зависимости от культуры, региона и пр. — от 1% до 5%.

Украина далеко не единственная страна Европы, которой свойственны засуха и вымерзание. Но везде мультирисковое страхование развивается с участием государства. Есть разные схемы — канадская, американская, французская, немецкая, испанская — каждая из них подразумевает финансовую поддержку государства. Украина — единственная известная мне страна, где есть мультирисковое страхование засухи без какого-либо участия государства.

Еще одна большая причина непопулярности — отсутствие доверия сельхозпроизводителей к страховщикам. Отчасти обоснованное. Большая часть страховых компаний ведут себя не вполне корректно с клиентами: если есть повод не выплатить, они им, как правило, пользуются. Не все, не часто, но время от времени мы об этом слышим. Известны и обратные явления, когда аграрии пытаются «надуть» страховую компанию. Мне кажется, это, к сожалению, свойственно украинской ментальности.

Третья причина (она же — следствие) — деньги. Аграрию хочется сэкономить и не заплатить премию. Но если что-то случается, он начинает рвать волосы и решает в следующий раз точно застраховать урожай. Приходит «следующий раз» и история повторяется.

Одна из проблем Украины в том, что страхование, как правило, используется в качестве инструмента для целей, совершенно с ним не связанных. Назовем их «оптимизацией налогов». Есть компании, которые выглядят и ведут себя как страховые, но таковыми не являются.

Вы упомянули модели построения рынка агрострахования из опыта разных стран. Какая больше подходит Украине?

Владимир Юдин: Красивый ответ — делать свою. Простой ответ — попытаться повторить хотя бы то, что было до кризиса 2008 г. Действовал Закон «О государственной поддержке сельского хозяйства Украины» на 2005-2010 гг., который закончил свое действие в связи с кризисом. Тогда государство финансировало половину учетной ставки по кредитам сельхозпроизводителям. Обязательным условием было страхование будущего урожая, при этом государство финансировало половину премии, которую уплачивает производитель. Этого вполне было достаточно для нормального развивающегося рынка, вполне заметного на уровне других стран. В одной «АСКА» было порядка 400 договоров.

Пример Турции, одного из ведущих мировых агропроизводителей. В 2005 г. правительство Турции привлекло для создания рынка агрострахования ЭрихаКастена. Он создал схему: пул из примерно 20 турецких и международных страховых компаний и организацию Tarsim, которая, как и AgroRisk, вырабатывала программы, тарифы и методику оценки ущерба. Он посчитал, какая доля портфеля должна передаваться в перестрахование, а какая должна делиться между страховщиками. Государство в первый год компенсировало 30% премии, во второй — 50%. По отдельным культурам сейчас доходит до 80% компенсации страховой премии. Первые годы турки собирали порядка €10 млн страховых премий. За прошлый год — €1,5 млрд.

Как популяризировать страхование среди украинских аграриев?

Владимир Юдин: Мы имеем дело с комплексной проблемой. И простых ответов здесь не найти.

Я бы пытался действовать через несколько каналов. В первую очередь, донести до банков, что в нынешних условиях их политика по залогам является их слабостью. Банки если и кредитуют под будущий урожай, то берут его с большим дисконтом — 50-60%. Если бы они внимательнее пригляделись к возможностям рынка и уменьшили дисконт, стоимость залога у них увеличилась. Но банки, как правило, обходятся только резервированием части суммы. Если все проходит хорошо — они возвращают все резервы в хорошие активы, а если плохо — списывают. Но сегодня ситуация в банках не та, что пару лет назад, чтобы так легко списывать убытки.

Нужно попытаться выстроить схему, которая бы удовлетворяла и страховой рынок, и страхователей, и банки. Инициатива может исходить из банков. Страховщики легки не подъем, за ними не заржавеет. А сельхозпроизводители согласятся, если им доказать обоюдную выгоду.

Сравните Вашу сферу деятельности 13-летней давности с сегодняшней? Как сильно изменился рынок?

Владимир Юдин: В начале XXI века в Украине агрострахование рассматривалось, в первую очередь, как страхование имущества от огня. Тариф — приблизительно 0,05%. И только катастрофическая зима 2002-2003 гг. (погибло порядка 90% озимых и 40% яровых) привела к тому, что к нам стали прислушиваться. Страховые компании бросились искать перестраховочную поддержку, потому что объективно финансово были не готовы. Например, максимально возможная выплата при страховании 1000 га урожая пшеницы составляет примерно $3 млн — немногие из страховщиков в состоянии потянуть такую сумму в одиночку.

Рынок после той зимы стал подниматься, потом появилась господдержка. Тогда я ездил и учил страховать в России и Казахстане. В 2008 г. все рухнуло. Потом в 2010 г. на рынок вышла тогда еще не совсем государственная компания «Хлеб Украины». Она впервые внедрила схему: выбирать «любимую» страховую компанию и получать от нее «откат» 20-30%. В общем-то, в заработке комиссии ничего плохого нет, но комиссии были уж больно велики: средний процент брокеража в Европе — 5%, в Украине — 15%. Схема работала. Кто сумел достучаться до «Хлеба Украины» были на плаву. Сейчас это практикуют «Аграрный фонд» и ГПЗКУ.

Потом в 2012 г. из чисто семейных компаний Януковича и Ко создали страховой пул по принципу сострахования. Любой договор, который подписывался одной из пяти входивших в состав компаний, автоматически входил в реестр договоров всех членов. Большие страховщики не рискнули связываться с ними и брать ответственность за договоры сомнительных компаний. Кроме того, страховые выплаты, по моим данным, там даже не предусматривались. Средняя убыточность по стране составляла около 60%, у них — всего 2%. Пул был создан, чтобы пилить бюджетные деньги.

В 2014 г. пул не распался, а реорганизовался. Его возглавила «Украинская аграрная страховая компания». Туда вошло несколько компаний такого же рода, что и в предыдущий — фактически, новая «семья».

Пул вообще оправдан как инструмент рынка?

Владимир Юдин: Если делать пул без задних мыслей, то целиком оправдан. Более того, эта идея работает везде в мире. В Украине до 2012 г. действовал пул у «АСКА» и он себя оправдал. Партнерские компании делили местное локальное удержание ответственности.

Еще один инструмент, который есть в мире и полностью отсутствует в Украине — кооперация. Крупнейшая в мире страховая компания из Японии начиналась в 1950-х как страховщик сельхозрисков, будучи кооперативной сельской компанией. Это точная копия того, как в XVII веке страхование зарождалось в Британии.

Сегодня в Украине понемногу начинают приходить к этому: в выращивании ягод и молочном производстве.

Насколько популярно страхование рисков животноводства?

Владимир Юдин: Если в растениеводстве есть хоть немного добровольного страхования, то в животноводстве почти все примеры — страхование залогов. До прошлого года это считалось обузой, где никогда не было выплат. Но случилась очередная вспышка африканской чумы свиней, с которой вышла такая история. В Беларуси и России вспышки АЧС имели несколько странный характер. Обычно чуму свиней переносят дикие животные — кабаны, лисы и др. Но в России вспышки регистрировали там, где диких животных нет. Например, за полярным кругом. Все это выглядело странно и, вероятно, имело искусственный характер. Когда до 2013 г. вспышки регистрировали в Европе, перестраховщики говорили, что приход этой болезни в Украину — вопрос времени. И не хотели, чтобы мы ее страховали, а они, соответственно, перестраховывали. Потому что в России по итогам 2014 г. перестраховщики выплатили $140 млн и им это не очень понравилось. Украинские страховщики вынужденно согласились. Когда в 2015 г. случилась вспышка АЧС на агрокомбинате «Слобожанский», они были рады, что не застраховали именно этот риск.

В целом, в Украине страхуют крупный рогатый скот, свиней (кроме инфекционных заболеваний). Время от времени приходят запросы по лошадям, зверофермам на мех, гусям, мелкому копытному скоту (овцы), кроликам, пчелам, аквакультурам (рыба, мидии, устрицы), но договоров по ним нет или одиночные.

А как садоводство представлено на рынке?

Владимир Юдин: Практически нет, хотя было. Самую большую выплату на сегодня в Украине сделала в 2010 г. «АСКА»: 4,84 млн грн за урожай винограда «Коблево». События имеют свойство повторяться раз в 5-7 лет. Ждем, где-то должно «бахнуть». Тем не менее, у нас есть программы страхования овощей или фруктов.

Донецкой и Луганской областей в перечне тарифов на сайте Вашей компании нет. Это связано с боевыми действиями?

Владимир Юдин: На самом деле мы берем оттуда риски, ведь север областей — сельскохозяйственные районы. Там работает наш дружественный брокер — «Агрос» с представителями в Константиновке и Дружковке. Риски военных действий в этом случае не входят в перечень — это совершенно иной вид риска.

От чего зависит тариф? Какие области/регионы самые рискованные и почему?

Владимир Юдин: Начнем с того, что объем ответственности делится между страховщиком и страхователем. Ответственность, которую страхователь несет на себе, называется франшиза. Она может применяться по каждому полю отдельно, по площадям культуры в хозяйстве или в районе (если это большой холдинг). Размер и порядок применения франшизы имеет значение. На них влияют перечень страхуемых рисков, расположение. Например, засуха в Хмельницкой области имеет совсем другую вероятность, чем засуха в Днепропетровской.

Какой порядок оформления страховки? Ваш агроном осматривает поле и потом обсуждаете условия договора?

Владимир Юдин: Сначала страховая компания направляет вопросник хозяйству, которое хочет застраховаться. Формально — он часть будущего договора. В нем хозяйство указывает тип почвы, количество осадков, которые выпадали, севооборот (важен предшественник перед культурой) и другую информацию вплоть до опыта работы главного агронома. Я смотрю на вопросник и оцениваю стоимость страховки — тариф страхования. Также важен уровень страхуемой урожайности. Если хозяйство хочет застраховать пшеницу: 3 т — это одно, а 6 т — другое. Этот показатель подтверждает или корректирует агроном, который проводит осмотр на месте.

В AgroRisk есть штат своих агрономов?

Владимир Юдин: У нас есть 12 штатных и неопределенно большое количество внештатных агрономов, работающих по контракту.

Сами Вы по образованию аграрий или финансист?

Владимир Юдин: У нас в компании был старший агроном, который собеседование с остальными начинал с вопроса: «Сколько посевных ты отработал?». Так вот я — ни одной. Но пшеницу от ячменя отличить смогу. У меня финансовое образование. Сейчас получаю третье образование: пишу докторскую по сельскохозяйственной тематике.

Каким Вы видите будущее агросектора Украины и рынка агрострахования в частности?

Владимир Юдин: Здесь так много факторов, которые находятся вне поля видения, что предугадать я не берусь. Каким будет роль государства? Каким — рынок земли? Если он откроется, то это неизбежно приведет к появлению владельцев новых структур в сельхозпроизводстве и, если это, например, будут иностранцы, вероятность страхования будет намного выше. Как будет складываться погода? Сегодняшний тренд неблагоприятный — меняется структура осадков, которые сдвигаются с лета на зиму. Это вызывает засушливость. Крайние проявления будут сказываться тяжело. Орошение 1 га земель, которое стоит $2,5 тыс., наши аграрии вряд ли смогут себе позволить. Как будут складываться мировые рынки в плане спроса на культуры? И другие вопросы…

Что посоветуете аграриям, которые решили страховать урожай?

Владимир Юдин: Обязательно проверьте наличие перестрахования. Иначе шансов на выплаты мало. В мире не много компаний, которые этим занимаются. На перестраховочном агрорынке Украины таких не более пяти.


Алла Стрижеус, Александр Ковальчук, AgroPortal.ua


Ключевые новости аграрного рынка в Telegram

Новости

Показать все

Блоги