logo

Интервью

Синяя шапка в политике, или Как Игорь Шевченко видит развитие Украины Источник фото: из личного архива Игоря Шевченка

Синяя шапка в политике, или Как Игорь Шевченко видит развитие Украины

Интервью 18 февраля 2019. 05:57 1595

Кандидат в Президенты Украины №1. До недавнего времени это была особая фишка Игоря Шевченко, поскольку Центральная избирательная комиссия ему первому вручила кандидатское удостоверение. Пока не появилась еще одна: синяя шапка из Давоса. AgroPortal.ua посетил офис Игоря Шевченко на Подоле, и, конечно, разговор начался именно с нее, с синей шапки.

Синяя шапка получила мегапопулярность. Много раз слышали разговоры о ней в различных общественных местах, и что интересно — большинство не может назвать точно фамилию кандидата, однако все знают эту историю. Поэтому если бы напротив вашей фамилии в бюллетене была синяя шапка, думаем, вы набрали бы гораздо больше голосов.

Игорь Шевченко: Это, кстати, классная политтехнологическая штука. Надо сделать фото в шапке в документах на регистрацию в ЦИК. В бюллетенях фото не будет, конечно, но можно их разместить на стендах избирательных участков.

*Сразу при нас Игорь звонит своему помощнику и уточняет, можно ли еще внести изменения в документы в ЦИК. Решили попробовать :)

Недаром пришли — идею вам подбросили (шутим). Но все же, синяя шапка — это спланированный пиар-ход или случайность?

Игорь Шевченко: Все получилось спонтанно. Мы с товарищем прогуливались по улице в Давосе, где расположились Дома разных стран. Товарищ предложил зайти в фирменный шатер страховой компании «Цюрих», где раздавались сувенирные синие шапки. Я как раз был без шапки, а на улице было довольно холодно. Поэтому я взял себе одну шапочку и снял небольшое шутливое видео для Facebook. Позже мне написали мама, тренер и друзья, что шапка на видео очень классная, и попросили привезти шапки и им тоже, как сувенир из Давоса. И с каждым днем количество знакомых, которые хотели такой трофей, увеличивалось!

Ну если люди просят, думаю, пойду возьму еще. И я взял еще 5 шапок. О том, что охрана пыталась предотвратить это, — я придумал сам, для большего эффекта. Однако люди поверили в историю о краже шапок, и мою страницу в соцсети прямо-таки завалили различными комментариями!

Сначала я хотел написать пост-оправдание, рассказать, как все было на самом деле, но потом мы с командой решили, что к этому следует отнестись с юмором: шапки стали вирусными, информация «зашла» людям. Поэтому было принято решение использовать эту историю как способ повышения моей узнаваемости.

Узнаваемость личного бренда стала лучше?

Игорь Шевченко: Я даже не представляю, как еще за такой короткий срок можно поднять узнаваемость до подобного уровня. В избирательном процессе есть два этапа: узнаваемость и доверие. Поэтому сейчас мы работаем над первым этапом и будем постепенно переходить ко второму через серьезные месседжи. Но, как показывает практика, люди серьезное не воспринимают. Мой пост о результатах Всемирного экономического форума не получил ни одного комментария, а вот видео, где я якобы ворую шапки, «взорвало» Интернет.

Хотелось бы узнать вашу позицию по основным направлениям развития аграрной сферы. И здесь ключевой вопрос, конечно, о рынке земли.

Игорь Шевченко: Я определенно выступаю за рынок земли. Земля должна быть товаром. Но необходимо ввести очень серьезные ограничения, чтобы предотвратить манипуляции и стратегические риски для страны. Несмотря на все разговоры о том, что у нас якобы уже цивилизованный мир, предохранители необходимы.

Давайте теоретически предположим, что полностью откроем рынок земли. И представители определенной страны — того же Китая — начинают массово скупать большие площади. Привозят свои средства, своих работников — фактически формируют целые кластеры. Начинают вести хозяйство вопреки нашим правилам, законам. На наши претензии отвечают: «А что? Это наша собственность!» Вызывают на защиту десанты своей армии. После того, что делает Россия, я уже ничему не удивлюсь. Не исключаю и таких сценариев.

Поэтому нельзя давать даже маленького намека на возможность любого из чужаков защищать их интересы на нашей территории. Первое и главное требование: продажа земли возможна только гражданам Украины. Физическим лицам.

Даже не юридическим?

Игорь Шевченко: Именно так. Второе условие — это ограничение по количеству земли в одни руки. Можно установить определенное количество, например, в пределах 100-200 га. С одной стороны, такое нормирование играет социальную функцию: будет больше землевладельцев. Даже если кто-то из них не будет обрабатывать свою землю, а будет сдавать в аренду и получит определенные доходы. С другой стороны, таким образом предотвращаем создание латифундий, земельного олигархата. К сожалению, из-за огрехов несправедливой приватизации, мы такую олигархическую систему в свое время и получили, довели страну «до ручки».

Не допускаете ли вы, что холдинги будут использовать подставных лиц, найдут другие механизмы и все равно скупят землю? Некоторые уже сейчас, к примеру, заключили со своими арендодателями договора эмфитевзиса, обеспечили себя землей лет на 50 как минимум.

Игорь Шевченко: Возможно. Но первый предохранитель с физическими лицами должен сработать. Слишком много нужно будет бегать, накапливать риски. Все равно уже холдинги не смогут чувствовать себя уверенно и спокойно в гарантированной системе, когда скупил себе 300 тыс. га и имеешь всех в виду. Вынуждены будут считаться с владельцами, арендодателями. Законодательство должно четко прописать защиту для владельцев земли. Условия, при которых они смогут расторгать соглашения с холдингами в случае нарушения ими правил хозяйствования.

Прежде чем открыть рынок земли, необходимо полностью сформировать кадастр, провести полную инвентаризацию земель, в том числе, с учетом качественных показателей. Сейчас такого порядка нет. Могут возникнуть условия для манипуляций.

Также нужно жестко исключить спекуляции с землей. Скажем, не позволять продавать ее в определенный промежуток времени после покупки. Земля не должна становиться предметом спекуляций, а быть исключительно средством производства.

Стоит ввести в стратегию, чтобы человек, который покупает землю, сам работал на ней. Надо стремиться к этому, а не плодить холдинги, которые, считаю, во многом становятся даже опасными. Особенно с точки зрения влияния на экологию, загрязнение окружающей среды.

К тому же, продукция, производимая на огромном конвейере, не может быть высокого качества, к которому мы все стремимся. Химия, антибиотики, пестициды несут опасность, а без их применения крупные производители не смогут обойтись. Я исследовал последствия их деятельности, когда занимал должность министра экологии.

К вопросу экологии вернемся, а пока скажите, имеете ли стратегические взгляды в целом на агроотрасль?

Игорь Шевченко: Убежден, что необходимо максимально стимулировать малое фермерство. Таким образом повлияем на социальную проблему — создадим больше рабочих мест. Кроме того, фермеры обеспечат всех более качественными продуктами. В том числе и на экспорт. Особенно органическими, спрос на которые увеличивается на Западе, и цена на них растет.

Следующее стратегическое направление — необходимость стимулировать переработку выращенной продукции на местах. Нужно продавать не сырье, а продукт с добавленной стоимостью — макароны, варенье, консервацию и т.п. Конечно, фермеры должны объединяться, кооперироваться, чтобы иметь большую эффективность.

Многие сейчас говорят, что наши люди пока ментально не готовы к кооперативам. Как вы планируете их стимулировать?

Игорь Шевченко: Новые люди в Верховной Раде при поддержке экспертов со стратегическим мышлением должны разработать систему стимулирования.

Считаю, что под такое направление прежде всего нужно предоставлять льготные кредиты от государственных банков. Не идти в частные банки, не надо никого заставлять, принуждать. Но именно государственные банки должны получить определенные преференции, чтобы зарабатывать больше. Через них должны проходить все государственные финансовые потоки — зарплаты, налоги, штрафы. Да, это определенная монополия. Они будут больше зарабатывать, но мы смело сможем принимать законы, согласно которым определенные категории людей получат стимулирование, в том числе фермеры, молодежь.

Помощь должна быть ощутимой: например, кредиты под 3-5% годовых по сравнению с 20-25% рыночных. Такой баланс нужно установить.

Также необходимо учить современных аграриев основам правильного хозяйствования. Привлекать к этому квалифицированных специалистов, инструкторов. Просвещение исторически имело вес на наших землях. Благодаря обществу «Просвита» кооперативное движение в Западной Украине было очень серьезной экономической силой.

Но я знаю, что сейчас появляются и новые бизнес-проекты, которые работают по модели кооперативов. К примеру, создают некий аграрный супермаркет, где окружающие фермеры могут централизованно приобрести технику, удобрения, семена — все, что нужно для правильного хозяйствования. Предполагается, что там и цены ниже, и качество гарантировано. Фермеру уже не нужно где-то искать низкокачественные заменители с целью сэкономить.

То есть формируется модель: собираться вместе и делиться с другими, использовать поочередно средства производства, поскольку отдельно дороже. Отрабатываются новые механизмы. Для их активного воплощения нужно только, чтобы государство поставило себе в качестве приоритета развитие малого и среднего фермерства.

Но пока все наоборот — дотации предоставляют тем, кому и так хорошо.

А как вы вообще относитесь к механизму дотаций?

Игорь Шевченко: Считаю, что это чисто манипуляторная система, от которой следует полностью отказываться. Идти другими путями. Заменять системой льготных или вовсе бесплатных кредитов для тех, кому действительно нужна помощь. Деньги должны возвращаться. «Шара» никогда и никем не ценится. При этом помогать необходимо всем малым и средним предпринимателям одинаково — как в селе, так и в городе. Не должно быть дискриминации. Все механизмы нужно максимально упрощать, делать прозрачными, понятными, справедливыми.

Возвращаясь к вопросу экологии: вы были министром экологии и природных ресурсов Украины, имея юридическое образование. Не чувствовали ли недостаток знаний?

Игорь Шевченко: Этот вопрос мне чаще всего задают (улыбается). Посмотрите на опыт стран ЕС: там министры практически каждый год меняют свои должности, и неважно, имеешь ты профильное образование или занимался этим всю жизнь. Главное — быть хорошим государственным менеджером.

В министерство вы пришли из бизнеса. В чем разница между бизнес-менеджером и государственным менеджером?

Игорь Шевченко: Здесь совсем другая природа отношений. В бизнесе все просто — есть продавец/покупатель и спрос/предложение, нужно только сделать качественный продукт, продать и получить деньги. Относительно человеческих ресурсов: ты платишь им зарплату, а они обязаны выполнять определенную работу.

У государственного менеджера все совсем по-другому: ты не можешь купить доверие, здесь много стейкхолдеров, поэтому нужно находить баланс между группами интересов. И именно установление этого баланса, с точки зрения маркетинга, гораздо более сложная вещь, чем в бизнесе.

Что удалось реализовать на должности министра?

Игорь Шевченко: Моей команде удалось вернуть 22 украденных месторождения нефти и газа, усовершенствовать процесс контроля вод изолированного балласта. С 30 до 10 дней сократить сроки предоставления заключения о трансграничной перевозке опасных грузов, а также отменить требование получения справки от Минэкологии, которая свидетельствует об отсутствии озоноразрушающих веществ в очевидных случаях, таким образом транспортировка грузов через границу значительно упростилась.

Наше ведомство тогда первым среди министерств реализовало проект «Открытый бюджет», благодаря которому все расходы стали доступны для ознакомления и контроля каждым гражданином в режиме онлайн, а все закупки были переведены в ProZorro. Ликвидировали систему манипуляторных аукционов по продаже разрешений на использование недр и разработали систему проведения аукционов.

Также мы собрали 540 млн евро на строительство нового безопасного конфаймента (укрытия) для разрушенного IV энергоблока Чернобыльской атомной станции.

Какая самая большая экологическая проблема сегодня в Украине?

Игорь Шевченко: Отсутствие эффективного контроля. До тех пор, пока не будет эффективной системы наказания за нарушения, какие бы законы мы не принимали, какие бы новые методики не придумывали — ничего работать не будет.

Для начала нужно полностью ликвидировать экологическую инспекцию и сформировать экологический патруль, который оперативно будет реагировать на правонарушения. Усилить контроль посредством установления круглосуточного GPS-слежения: на каждом источнике загрязнения должны быть датчики, которые будут фиксировать их работу. И каждое предприятие должно их купить за собственные средства, так же как и кассовые аппараты, а служба будет только проверять, есть ли с ними связь и не превышает ли норму загрязнение окружающей среды.

Вы идете на выборы как самовыдвиженец. Но бизнесом давно не занимаетесь, а все сбережения имеют свойство заканчиваться. Где вы будете черпать финансовые ресурсы?

Игорь Шевченко: По моему убеждению, бизнес и политика — это несовместимые вещи, поскольку всегда возникает конфликт интересов. Да, я ушел из высокодоходного юридического бизнеса, но имел сбережения, которые вложил в недвижимость, и сейчас получаю пассивный доход. Это не миллионы, но мне хватает этих средств. Сейчас я себя финансирую сам. Но когда начнется активная избирательная гонка, пойду фандрейзить по друзьям.

Что основное в вашей президентской программе?

Игорь Шевченко: Изменение Конституции, а именно введение презумпции вины в случаях коррупционных правонарушений. То есть если журналист или кто-то другой заметил, что какой-то чиновник живет не по своим доходам, против него автоматически возбуждается уголовное дело. И если не удается доказать обратное, проводится конфискация и люстрация.

К построению нового государства у меня достаточно рациональный подход: брать определенную норму или механизм из любой страны и имплементировать их с точки зрения эффективности решения проблемы в Украине, а не просто копировать различные резолюции.

Кто ваш основной конкурент?

Игорь Шевченко: На сегодняшний день Зеленский — это мой основной конкурент, поскольку мы с ним похожи. Он тоже новый, прогрессивный, успешный и диджитализированный. Я уважаю его как бизнесмена и актера, но для страны он не подходит. Все-таки Президент принимает решения, и он должен использовать свои знания, опыт и вынести то решение, которое будет влиять на миллионы.

Проект «Президент ищет жену» — это еще один пиар-ход?

Игорь Шевченко: Нет, просто так совпало. Я не женат и действительно хочу создать семью. В юности искать жену было некогда из-за учебы, стажировки, работы. А с возрастом появились определенные опасения, поскольку у меня много друзей и знакомых, которые с легкостью женились и разводились, заставляя при этом страдать детей. Но проект оказался хорошим пиар-ходом, он выделяется среди серой массы политической рекламы.

Выбрать невесту мне помогают две популярные телеведущие — Наталья Адаменко и Ярослава Коба. Мы уже имеем около 5000 кандидаток. Каждая из ведущих, по своим критериям, выберет 50 девушек, а из них — 20 (10 кандидаток от одной ведущей, 10 — от другой). Затем будут сформированы пары (по одной участнице от каждой ведущей), и между ними пройдут дебаты. На последнем этапе я пойду на свидание с десятью девушками.

Мне важно, чтобы первая леди хотела двигаться и развиваться вместе со мной, стала помощником, другом и партнером.


Иванна Панасюк, AgroPortal.ua


Ключевые новости аграрного рынка в Telegram

Новости

Показать все

Блоги